Информационная революция в современных конфликтах

Политические публикации » Информационная революция в политических конфликтах » Информационная революция в современных конфликтах

С наступлением информационной эпохи получает распространение высказанная М. Фуко инверсия идеи Клаузевица: «политика становится продолжением войны». Наконец, важнейшим аспектом РВД оказывается изменение структуры и форм организации вооруженных сил. Дж. Аркилла и Д. Ронфельдт выдвинули концепцию «сетевой войны». В «сетевой войне» основными акторами выступают многочисленные разобщенные и мелкие группы, связанные на основе не иерархического (как раньше), а сетевого принципа. Акторы сети (международные террористические организации, преступные группировки и даже организации радикальных активистов) используют новые информационные технологии и могут действовать очень слаженно, даже находясь на больших расстояниях друг от друга. В недавнем прошлом в организации таких группировок доминировали иерархические формы (например, Организация Освобождения Палестины, Ку-клукс-клан, Коза Ностра). Однако сегодня наибольшую эффективность демонстрируют такие организации сетевого типа, как Сапатистская армия национального освобождения.

Они видят в использовании информационных технологий и новых форм организации возможность создавать «ассиметричные» угрозы противнику и компенсировать недостаток материальных ресурсов по сравнению с мощью государств. Так, Роджер Гриффин демонстрирует это на примере организации управления у группировок крайне правых, заимствуя философский концепт «ризомы» у представителей философии постмодернизма Жиля Делеза и Феликса Гваттари. Примечательно, что ряд исследователей (в частности, А.Г. Дугин) устанавливают прямую связь между философией постмодернизма и усилением политического экстремизма.

Дж. Аркилла и Д. Ронфельдт используют термины «сеть» или «рой», а не «ризома». Эти исследователи полагают, что использование тактики роя (где одна боевая единица сама по себе неопасна, но объединённая в систему совокупность этих единиц представляет большую угрозу для противника) является залогом доминирования в современных конфликтах. При этом, как отмечает, в частности, Роджер Гриффин, сама природа такой формы организации придает особую значимость активному использованию интернета, схожего по структуре с «ризомой», через который группировка распространяет свои принципы внутри себя и налаживает связи с внешним миром.

Таким образом, можно установить систему координат «постмодернизм – информационная революция – интернет – сетевые структуры – политический экстремизм». Все элементы данной системы координат оказываются связанными друг с другом: так, устанавливается связь между постмодернизмом и сетевыми структурами, политическим экстремизмом и использованием интернета, и т.д., то есть мы имеем логическую структуру связей, также представляющей собой сеть.

Однако, несмотря на доминирование такого вида организации, сегодня в исследуемой сфере существует потенциальная опасность сращивания узлов в рамках данной структуры, что может привести к «тотализации», «массификации», «захвату власти в одни руки». Такая форма организации оказывается благодатной почвой для беспрецедентной жестокости. Если в концепциях «сетевой войны» государственные структуры видят способ уменьшить количество человеческих жертв, сделать войны «бесконтактными», то у ряда организаций экстремистского толка цели противоположные – с помощью тех же информационных технологий, организуясь в сети, повысить свою боеспособность и увеличить количество жертв у противника.

Сегодня технические аспекты реализации концепции «сетевой войны» не являются главной проблемой, несмотря на временные финансовые затруднения (реализация этой концепции стоит довольно больших денег). Гораздо большей проблемой является трансформация структуры вооруженных сил государств, подразумевающая сочетание иерархических и сетевых форм организации, обеспечение взаимодействия между ними.

В 1970-х гг. в СССР с большими сложностями столкнулась реализация проекта ОГАС, разработанного под руководством академика В.М. Глушкова, причем эти сложности носили не технический (технически реализовать проект «советского интернета», по мнению ряда исследователей, было вполне реально), а организационно-управленческий характер, поскольку оказалось затруднительным сосуществование иерархической формы организации с информационными технологиями, требующими «подстраивания» под них всей структуры, ее трансформацию в сторону сетевых форм. С подобными сложностями сталкивается и военно-политические руководство современных государств при реализации концепции «сетевой войны».


Другие публикации:

История теории групп интересов
Один из отцов-основателей США Джеймс Мэдисон рассматривал различные возможные проблемы в процессе управления, связанные с влиянием групп, которые он называл «фракциями». Д.Мэдисон придавал огромное значение вопросу согласования эгоистичны ...

Жозеф де Местр и С. С. Уваров
Среди историков, изучавших влияние франко-итальянского консервативного мыслителя Жозефа де Местра в России, утвердилось представление о том, что де Местр в XIX в. пережил два взлета популярности. В первый раз – еще во время пребывания в Р ...

Распад КПСС и возникновение многопартийности
В первой половине 1990 г. происходит углубление политического размежевания на сторонников и противников курса Горбачева внутри КПСС. Сторонники консервативной оппозиции выступали за «сплочение КПСС на ленинских основах», сохранение классо ...