Заключение
Страница 1

Как уже было выше упомянуто то, что неожиданные перемены конца

1980-х – начала 1990-х годов, приведшие к крушению биполярности и ознаменовавшие переход к качественно новой системе международных отношений, вызвали одновременно и шок, в том числе в академических кругах Запада, и совершенно необоснованную эйфорию. Афористичный тезис Ф.Фукуямы, принесшего в мир «благую весть» о «конце истории», был подхвачен и исследователями, подвизающимися на ниве геополитического анализа. Коррелятом конца истории выступала здесь гегемония эталонной во всех отношениях демократической державы, обладавшей – на момент крушения биполярности – внушительным военно-силовым и экономическим превосходством. Высказыванием в этой связи было следующее: «Наиболее поразительной чертой мира после холодной войны стала его однополярность…В грядущие времена, возможно, и появятся державы, равные Соединенным Штатам, но не сейчас, не в ближайшее десятилетие». Этому вторил один из немногих западных исследователей, действительно мыслящих в категориях геополитики, - З.Бжезинский. Он делал акцент на уникальности современного положения США в мировой политике и экономике, указывая, что те «стали первой и единственной действительно мировой державой».

Мессианский запал западных аналитиков и эйфория от победы в холодной войне были столь велики, что на первых порах искушению дать ясное, но вместе с тем очевидно идеологизированное объяснение закономерности возникновения феномена однополярного мира, поддались не только либералы. С.Хантингтон, например, утверждал, что, поскольку США – «самая свободная, самая либеральная, самая демократическая страна в мире», увеличение их мощи и влияния на международной арене исторически прогресивно и , следовательно, абсолютно оправдано, ибо способствует утверждению свободы, плюрализма и демократии во всем мире. Более идеалистически настроенные наблюдатели видели главную задачу Америки в том, чтобы вести человечество к новой морали и политическому порядку, основанному на принципах справедливости и защиты прав человека, на поиске нового равновесия между национальным самоопределением и глобальной взаимозависимостью.

Изучив данную проблематику, мы считаем, что ответом на вызовы проамериканских идей является ядро евразийской системы безопасности, основу которой составляют ОДКБ и ШОС. Ведь возникновение в 1996 г. той же самой Шанхайской организации сотрудничества с сопредельными государствами центральной Евразии (включая Казахстан) выглядит более чем естественно и логично. Нельзя не согласиться, что американский фактор составляет для ШОС определенную проблему ввиду присутствия США в регионе и их особых отношений со среднеазиатским членами ШОС и Казахстаном. Что же касается попыток США – внерегиональной державы в каком-либо виде войти в ШОС, то здесь Китай безусловно против: он стремится, наоборот, создать в центре Азии «зону, свободную от американского влияния».

«Восточно-азиатский и российский векторы» внешней политики становится для Казахстана не менее важными, чем западный, европейский, Казахстан может и должен реализовать свое положение державы Хартленда («Сердца земли») в сотрудничестве с Россией и Китаем в рамках ШОС. Данная идея может и близка к абсурду в виде концепции балансирования Казахстана между глобальными центрами силы (США, Россия, Китай), но формулой безопасности центра Евразии по праву признана ШОС, где Казахстан – равноправный участник. Без Шанхайской организации сотрудничества Средняя Азия может быть лишь пресловутой «Балказией» - азиатскими макро Балканами.

Совместимость интересов стран-участников ШОС в центральной Евразии объясняется тем, что территории региона являются их неотъемлемыми компонентами, своего рода несущими конструкциями, а стабильность национальных территорий непосредственно зависит от стабильности сопредельных стран Азии. Напротив, Америка – страна иной части света – жизненно важных интересов в центре Евразии не имеет, не должна и не может иметь.

С развитием идей евразийства, можно сказать, что у евразийской интеграции, с каких позиций не понимать этот процесс, есть будущее. Об этом свидетельствует тот интерес, с которым проходит Евразийский саммит. Основной вывод, заключается в том, что на таких саммитах четко определяются проблемы, которые необходимо решить странам Евразии для успешного экономического развития. И проблемы эти не только и не столько находятся в чисто экономической сфере или диктуются факторами географическими и геополитическими, то есть категориями объективными и не зависящими от нашей воли, сколько касаются таких областей нашей жизни, как дебюрократизация, разумное налогообложение, четкое выполнение контрактов, обеспечение социальной стабильности и т.д., то есть максимальное снижение рисков. А это и есть центральный вопрос успешного экономического развития в рамках международной и мировой интеграции, для которой в последние годы выдумали модный термин – глобализация.

Страницы: 1 2


Другие публикации:

Интернет в политической жизни России
Последнее десятилетие прошлого века было в России бурным и насыщенным. Но в многообразии событий, изменений и переходов можно выделить два мощных импульса, задавших тон социальным трансформациям. Один — распад Советского Союза, другой — р ...

Особенности современного этапа развития политической системы России. Парламентаризм и роль политических партий
Одним из важнейших политических завоеваний периода демократических перемен является рождение нового российского парламентаризма. При этом создание парламента как института власти, действующего на основе подлинно демократических принципов, ...

Роль института президентской власти в Республике Беларусь
Возникновение института президентства в Республике Беларусь, необходимость учреждения поста президента было обусловлено совокупностью социально-политических и правовых факторов. Среди них: кардинальные изменения в политической системе гос ...