PoliticTime

Общественный строй, сформировавшийся в Киргизии к марту 2005 года, отличался ярко выраженным неравенством распределения власти и собственности, отсутствием социальных связей между группами населения, системы общественного контроля над деятельностью президента, его окружения и официальных властей. Такой порядок оказался внутренне консервативным, ориентированным не на дальнейшее развитие, а на самосохранение правящей элиты и укрепление ее позиций.

Важнейшим условием формирования этой общественной системы авторитарно-кланового управления страны была социальная пассивность населения. Тяготы адаптации к новым реалиям подавляли интерес к участию в политической и социальной жизни, а это позволяло правящей элите навязать населению свою повестку дня, которая подавалась как неизбежность выбора между плохим и очень плохим. Причем в образе меньшего из зол выступала сама власть - несправедливая, вороватая, неэффективная, но зато сохранившая стабильность в обществе и дававшая возможность людям выживать. Роль большего зла отводилась, как правило, противникам существующей власти в лице радикальной оппозиции, фундаменталистов, националистов, деструктивных элементов и так далее. С ними тесно связывались перспективы неопределенности, хаоса, гражданских войн и политических репрессий.

Вступление в XXI век в Кыргызстане и на всем постсоветском пространстве ознаменовалось тем, что обозначился экономический рост, однако, при утвердившейся системе общественных отношений, его плодами снова воспользовалось значительное меньшинство - элита. В то же время экономический рост повысил планку ожидания среди широких масс, особенно обедневших. В новых условиях клановый характер власти, ее не подотчетность общественности, бюрократизм стали восприниматься особенно остро. В результате монополизации власти узким кругом лиц, власть приобрела семейный характер, появился фаворитизм, что привело к серьезному сужению социальной базы этой власти.

Постепенно возникли слои недовольных. Прежде всего, они формировались среди политических деятелей и кланов, утративших возможность влияния на государственные решения; среди деловых слоев, столкнувшихся с серьезными препятствиями на пути развития своего бизнеса и угрозой захвата его семейной властью и фаворитами Акаева; среди демократической общественности, наблюдающей откат от демократических целей и ценностей; среди молодежных организаций из-за отсутствия перспектив для продвижения по профессиональной и социальной лестнице. Соединение протестов всех этих групп недовольных высокомерием и нежеланием элит изменяться, вступать в диалог с обществом, реагировать на общественные запросы и вызовы в рамках действующих демократических процедур обернулось тотальным отторжением существующего режима и создало критические условия для революционных преобразований. Это в конечном итоге привело к событиям 24 - 25 марта 2005 года, получившим название «Революция Тюльпанов».

Другие публикации:

Государство как главный институт политической системы
В широком смысле понятие «государство» употребляется для обозначения страны. В политической науке используется более узкое понятие государства как части страны, осуществляющей функции по управлению населением и ресурсами. При данном опр ...

Концепция Карла Хаусхофера
Наиболее полного развития немецкая традиция геополитического знания нашла в лице Карла Хаусхофера. Выходец из аристократической баварской семьи, сын профессора политической экономии, профессиональный военный, дослужившийся до чина генера ...

«Новые либералы»
Либеральное движение конца 80-х – начала 90-х гг. было самым влиятельным идейным и политическим движением в бывшем СССР. Без него невозможно представить себе победу сторонников Б.Н. Ельцина в 1991 г., равно как и его собственную победу на ...