PoliticTime

И как движения, и как режимы – коммунизм и фашизм существовали в одно и то же время и принадлежали к одной и той же эпохе, нашей. В ХІХ веке о них еще ничего не было известно – фашистских и коммунистических правительств не существовало. А сразу по завершении Первой мировой войны они заполонили всё пространство европейской политики. Носители неслыханных амбиций, в то же время подобных и противоположных, они провозглашают идею появления нового человека, хоть и противостоят друг другу.

Из политических движений и коммунизм, и фашизм, благодаря победному продвижению, быстро превращаются в режимы и выявляют абсолютно новые черты для истории Европы. Тотальная политическая направленность, которую они олицетворяют и провозглашают, приводит только к тому, что между ними вспыхивает невиданный до тех пор поединок, поскольку именно со своей собственной победой и коммунизм, и фашизм связывают построение нового общества, что придет на смену буржуазному. Подобие только углубляет антагонизм.

Собственно, это и становится источником наибольших осложнений для понимания истории ХХ века. Поскольку она имеет дело и переплетается с режимами до тех пор непознанными, описания которых мы не найдем ни у Аристотеля, ни у Монтеск’е, ни у Макса Вебера, такая уникальность передаётся и самой истории.

Ученый-историк силится сопоставлять неизвестное с известным и рассматривать ХХ век сквозь очки века девятнадцатого: он пытается смотреть на все события как на возобновление борьбы за и против демократии в форме фашизм/антифашизм.

Эта тенденция имела широкий отголосок в политических страстях нашего времени, а по завершении Второй мировой войны приобрела почти сакраментальный характер. Она будет оставаться классическим примером постижения отдельных составляющих современной истории, потому что указывает на принудительную зависимость, которая повлияла на мировоззрение людей через события и общественное мнение.

Проявления этой принудительной зависимости оказались настолько сильными, что там, где она проявлялась больше всего – а именно во Франции и в Италии – постулат тождественности между коммунизмом и антифашизмом надолго заблокировал возможность любого аналитического подхода к коммунизму.

С изучением истории фашизма было не легче, ведь концепт, мгновенно девальвированный, как распечатанные в огромном количестве деньги, сначала ассимилировал режим Муссолини и нацизм, чтобы распространиться затем на все авторитарные или диктаторские правительства: нужно было, чтоб «фашизм» пережил поражение и исчезновение, чтобы антифашизм смог продолжать орошение истории ХХ века! Еще никогда заклейменный позором режим не имел стольких посмертных почитателей и последователей в воображении тех, кто его победил .

Нужно, чтоб однажды написали историю того, как медленно просыпались представления об упомянутых режимах и какие роли сыграли в этом процессе, с одной стороны, политические обстоятельства, с другой – оригинальный взнос некоторых мыслителей.

Все мы еще живем среди руин старых представлений: общественная жизнь Европы регулярно вынуждает оживать призрак фашизма, чтобы объединить антифашистов – при отсутствии менее абстрактных целей. А то, что еще может служить политическим деятелям, потеряло свое применение, по крайней мере, в интеллектуальном плане.

Другие публикации:

Этапы правового развития российской многопартийности
Анализ многопартийности в России предполагает необходимость ретроспективы процессов эволюционирования института многопартийности, особенно в том, что касается подмены данного института однопартийной системой. Особенностью генезиса многоп ...

Анализ политической науки
В ХІХ веке большинство социальных исследователей эксплицитно или имплицитно выбирали Государство, как базовый объект для своего изучения. Экономисты говорили о политэкономии, исследователи политики - о нации - государстве, социологи - об ...

Программа Консервативной партии
Консерваторы надеются, что избиратели устали от правления лейбористов, которые находятся у власти уже 13 лет. Главным лозунгом партии на предстоящих выборах является фраза «Время для перемен» («Time For Change»). Лидер партии стремится и ...